Киномир Цветаевой: 1928

L’ÉquipageКонец 20-х годов — переломный момент в развитии кинематографа: конец эры немого кино, начало звукового. Пребывание во Франции, одном из эпицентров революционных кинособытий, позволило Цветаевой-кинозрителю непосредственно и глубоко пережить этот период. Во всяком случае, кинематограф оставался постоянным спутником ее эмигрантских дней, так же, как продолжали оставаться в близком круге спутники былых увлечений. В январе 1928 года она пишет А. Тесковой:

Будет, кстати, герой моей Поэмы Конца — с женой, наши близкие соседи, <…> вместе ходим в кинематограф, вместе покупаем подарки: я — своим, она — ему (МЦ-АТ: 104).

Впечатления от коллективных кинопоходов оказывались разными. В отзыве Б. Л. Пастернаку о сеансе советских фильмов звучит отчуждение:

В ушах жужж<ание> Ев<разийцев> <…> в глазах пробеги очередного фильма, вчера, например, Декабристы. Кстати, вчера впервые <с> России услышала ушами слово «товарищ» (зал был советский), очевидно здешние опаздывают. <…> Россия так далёко, после вчерашнего смотра войск (в отд<еле> Смесь) еще дальше (МЦ–БП: 476–477).

Кондовая советская агитация как средство завоевания человеческих душ неизбежно вызывала отторжение. Зато 4 мая 1928 г. Цветаева сама зовет Н. П. Гронского на совместный просмотр французского фильма «Экипаж». Для поэта не существует случайностей, все явления и факты получают символику и скрытый смысл. Может быть, выбор фильма, в котором речь идет о летчике, влюбленном в жену своего друга, имел внутренним мотивом попытку разобраться в сложных отношениях с молодым поэтом, совместно пережить своеобразный катарсис.

59704510

FRENCH AUTHOR & JOURNALIST JOSEPH KESSEL.

FRENCH AUTHOR & JOURNALIST JOSEPH KESSEL.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Кроме этого, весьма вероятно, что Цветаевой хотелось увидеть экранизацию одноименного романа, автором которого был Жозеф Кессель: за творчеством этого  писателя, выходца из России, она следила, и постановка могла представить ей пример сценарной работы — про интерес к этой теме мы скажем позже.

Летом на отдыхе в Понтайяке кинематограф неожиданно оказался яблоком раздора с дочерью. 2 августа Цветаева пишет тому же Гронскому:

Аля <…> отдаляется от меня. Целые дни с В.А. С<увчин>ской, с к<отор>ой может досыта говорить о кинематографе и газетных новинках (МЦ-НГ: 52).

Разумеется, если бы о кино дочь говорила с матерью, а не с посторонним человеком, контекст сообщения был бы иным. Но дочернее отдаление угнетало и раздражало, что отражалось и на отношении к кинотеме. 18 сентября Гронскому сообщается:

Алин день рождения. <…> С утра получила Уленшпигеля, потом басский бэрет, <…> а совсем потом, к<оторо>го еще не было — Мозжухин (не терплю!) в «Le Président», в Ройяне, куда идем после ужина пешком (МЦ-НГ: 132).

85850924_055_001 19357109

Иван Ильич Мозжухин (1889–1939) до революции успел прославиться как актер немого кино. С 1920 г. снимался во Франции, США. В немецком фильме «Президент» / «Der Präsident» (1928), поставленном режиссером Дженнаро Ригелли по роману Людвига фон Воля «Der Präsident von Costa Nueva» (1927) он исполнял роль простака, который случайно оказался президентом, счастливо избежал убийства и приобрел необычайную популярность.

Впрочем, как видно из письма, неприязнь к актеру не помешала участию в общем кинопросмотре — вероятно, такое событие было важнее личных вкусов.

Пристрастие Цветаевой к совместным кинопросмотрам разъясняется в письме к А. В. Бахраху 10 декабря 1929 года, когда она предлагает:

Вы заедете за мной в 7 ½ ч. и мы вместе куда-нибудь отправимся, лучше всего в к<инематогра>ф, где можно и говорить и не говорить (СС 6: 626).

В этих словах отражается та атмосфера, которую создавала Цветаева для полноценного вхождения в мир искусства. События, происходящие на экране, нуждались в совместном переживании, Цветаевой так же нужен был сидящий рядом чуткий, близкий, понимающий со-беседник и со-зритель, как требовался активно мыслящий читатель, умеющий понять и оценить авторский замысел. И это можно прочитать в характеристике, которую в свое время дала матери ее дочь, считая, что Цветаева предпочитала «немое» кино «говорящему»:

«…за бόльшие возможности со-творчества, со-чувствия, со-воображения, предоставлявшиеся им зрителю» (Эфрон: 187).

Да, все эти «совместности» требовались и для единоличного, и для коллективного восприятия. Однако появление звукового кино не ослабило интерес, а напротив, открыло Цветаевой новые горизонты впечатлений. Об этом в наших следующих заметках.

ЛИТЕРАТУРА

  1. МЦ-АТ — Цветаева М.И. Спасибо за долгую память любви…: Письма Марины Цветаевой к Анне Тесковой. 1922–1939 / Предисл., публ. писем и примеч. Г.Б. Ванечковой. — М.: Русский путь, 2009
  2. МЦ–БП — Цветаева М.И., Пастернак Б.Л. Души начинают видеть: письма 1922–1936 годов / Марина Цветаева, Борис Пастернак; сост., предисл. И.Д.Шевеленко, подгот. текста, коммент. И.Д.Шевеленко, Е.Б.Коркиной. М., 2008
  3. МЦ-НГ — Цветаева М., Гронский Н. Несколько ударов сердца / Подгот. текста Ю. И. Бродовской, Е. Б. Коркиной. М., 2003
  4. СС 6 — Цветаева М. И Собрание сочинений: в 7 т. Т. 6. Письма / Вступ. ст. А. Саакянц. Сост., подгот. текста и коммент. Л. Мнухина. М., 1995.
  5. Эфрон — Эфрон А. Страницы воспоминаний // Марина Цветаева в воспоминаниях современников: Рождение поэта. М., 2002.
Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.

Оставить комментарий